Перевод текста песни Saian Sakulta Salkım - Kırmızı Çiçeklinin Öyküsü

Представленный перевод песни Saian Sakulta Salkım - Kırmızı Çiçeklinin Öyküsü на русский язык не претендует на дословную точность. Текст и слова песни являются собственностью их авторов.

Kırmızı Çiçeklinin Öyküsü

[Part 1: dirim]
Işbu adamın elleri açık fakat gökyüzüne
Açtı cebindeki romanı, tükürdü önsözüne
Büyük yağmurdan geçti kötü bir şair ceketiyle
Ve sokaktan kimselere selam dahi vermeden!
O ne şekilde tütün sararsa sarsın
Yaktı mı yakardı birkaç cümle ve birkaç da anı
Her ne kadar öykümüzün konusu bir başka da olsa
Vardı her düz durumda
Bile ters bir yanı
Söylenirdi manşetlere
Bıyık altından
Ve ceplerinde not alınmış kağıtlarla her defa!
Yakasında anlaşılmaz kırmızı bir çiçek;
Sorsak derdi ki,
Gelip geçenler diyecek merhaba!
Kötü bir ceket ve de bir paspal pantol
Böylece yaşardı çay parasına ve de tütüne
Champollion okur ve geceleri yaslanıp uçardı
Baudleaire'e lautréamont'a bir de yılmaz pütün'e...
O günden tam üç hafta önceydi
Kasabanın geniş bahçesinde ışıklı bir gecede
Sanki artık varoluş bir anlam kazanmıştı
Onun dudaklarına yapışan o birkaç damla hecede;
Je suis perdue! c'est malgré moi! je n'y peux rien!
Je ne peux pas résister! ...
Ama bu şurada bir dursun
O üç hafta nasıl geçti bilmem
Bize kaldı şu belalı şiir bir de 3 belalı kurşun

[Part 2: bahçeler]
Ayaklarımız bahçelerde
Ayaklarımız çimenlerde kalmış
Her gecenin var bir günahı
Bir kolunda tarla kuşları şarkı söylerdi
Bir kolunda kargış seni söylerdi
Gloksinyalar ve filbaharlar
Ah kastı bir sparna
Bahçelerde intiharlar var
Görmüyorsun çıplak bulvarlarda düşlenen dünyayı
Duymuyorsun tik tak saatin kadranında korku
Ben bilendim seni bilmem bırak bizi!
Yıldız tozlarından şiirim var benim bırak bizi!
Nabzım atonal gözüm var fersizim
Mızrapsızım sen yoksan ay karası ben düzensizim
Benim üç ağır kurşunum var belalı
Ve çıkınımda bir çirkin fikrim var, vebalı
Biz sımsıkı ölümün içini gezerdik
Dışarıdan bakanlar ne derlerse desinler desinler!

[Part 3: cinayet]
Çekti vurdu, zavallı kızcağız düştü yere boylu boyunca
Tek kurşun! tek kurşun da borsalino şapkalıya,
Yerde iki seksen!
Yerde puro yerde sermaye yerde iki noksan
Iki kayıp şarkı kalan tek belalı kurşun
Iki kayıp gövde kaldı tek belalı kurşun
Onu da tuttu sıktı kendi kafasına...
Fakat her nasılsa kaldı yine hayatta
Kaldı komada aylarca
Yattı mahpus damında tam yirmi beş sene
Bir genel afla sonra çıktı bir gün işte..!
Karşısında görüp de beni
Yine yakasında anlaşılmaz bir çiçek
Gülümsedik göz göze gelir gelmez
Doğru nihavent meyhanesine
Olanı biteni o gün bana tekrar tekrar anlattı
Sabaha yakın ve en sonuncusuna şöyle başlamıştı:

[Part 4: 'les fleurs du mal']
Ağzım bir küfür! kendini kesecek
Dilimde bir süslü fiyonk
Onun hakkından gelecektim
O mahut yaz yeni bir rıhtım çıktılardı kıyıdan
Herkes kendinden verdi ben küpeştesi oldum
Uyudun mu?
Yak bir tane daha yak yak
Doldur sana kardeşim sen de!
Velhasılı kelam birader
Deniz çatladı, aşk çatladı
Çatılarda damar damar
Yaz bir bakarsın çiçekleriyle geldi, bahar bir çıktı
Ben bu teknede bir ıskarmoz oldum,
Bir pupası karayel vurdu
Onu gördüm farbalalı başında tafta kurdele
Bir kaleskadan indi bir kontrdans
Borsalino şapka...
Bir adam...
Sonra kardeşim...
3 belalı kurşun...

[Outro: sample]
Ένα χειμωνιάτικο πρωί
έφυγα απ' το σπίτι σαν τρελή
Ένα χειμωνιάτικο πρωί
έφυγα απ' το σπίτι σαν τρελή
Ένα χειμωνιάτικο πρωί
έφυγα απ' το σπίτι σαν τρελή
ο αέρας μου τρυπούσε
το κορμί και μου ζητούσε
μια απόφαση ηρωική.


История человека с красным цветком

[Часть 1: Бытие]
Его руки протянуты - но протянуты к небу.
Он открыл роман, лежащий в кармане, плюнул на предисловие;
Прошагал под проливным дождем в поношенном пиджаке,
Никого даже не поприветствовав на улице.
Как бы ни вился вокруг дым, пускай...
Сжег несколько строк и несколько мемуаров...
И хотя у нашей истории есть своя фабула,
У каждого, даже казалось бы ясного момента
Есть своя оборотная сторона.
Каждый раз из-за названий заглавий
Он недовольно брюзжал что-то из-под усов,
Доставая из кармана страницы с пометками.
На лацкане - загадочный красный цветок;
Если бы его спросили, он бы объяснил,
Но проходящие мимо лишь мельком здороваются;
Изношенный пиджак и неопрятные брюки...
Он жил на чаевые и табачным дымом:
Читал Шампольона; ночами, откинувшись, улетал
С Бодлером, Лотреамоном и Йылмазом Гюнеем...
Это случилось за три недели до того дня.
Светлой ночью в просторном городском саду
Он будто обрел чувство существования в
Нескольких словах, как капли [меда] прилипших к его губам:
"Я пропала! Это выше моих сил! Я ничего не могу сделать!
Я не выстою!" ...
Но вот этот пусть держится подальше...
Как прошли те три недели, я не знаю,
У нас есть только это зловещее стихотворение и три зловещие пули.

[Часть 2: Сады]
Наши шаги остались в садах,
Наши шаги остались на траве,
У каждой ночи есть свой грех...
По одну руку от тебя поют жаворонки,
По другую - извергаются проклятья на твое имя...
Глоксинии и гортензии,
Ах...Зажал в руке спараксис...
В садах - самоубийцы,
Ты не видишь мир грез на обшарпанных бульварах,
Ты не слышишь страх на циферблате тикающих часов.
"Я собрался с духом" – "Не знаю тебя, оставь нас!"
"Я создал поэму из звездной пыли" – "Оставь нас!"
Мой пульс атонален, глаза потускнели,
Если тебя нет, я без плектра; подлунный мир, я в смятении...
У меня есть три тяжелые пули - зловещие.
В моем переплетении есть уродливая мысль – прокаженная.
...Мы бы пошли на смерть, обнявшись крепко-крепко;
Те, что смотрят снаружи, пусть скажут что угодно, что угодно!

[Часть 3: Преступление]
Он выстрелил, бедняжка упала и растянулась по земле.
Одна пуля! Одна пуля – для того, что со шляпой борсалино...
Он лежит на земле, поверженный.
На земле сигара, на земле капитал, на земле - два изъяна.
Две потерянные песни, и одна оставшаяся пуля;
Два безжизненных тела, и лишь одна оставшаяся зловещая пуля.
И он пустил ее себе в голову...
Однако каким-то образом он остался в живых.
Он лежал в коме месяцами,
Он сидел под тюремной крышей все двадцать пять лет,
И однажды вышел по всеобщей амнистии,
И увидел напротив себя меня.
И вновь на его лацкане загадочный цветок,
Мы усмехнулись, встретившись взглядами.
В трактире напротив
Раз за разом он пересказывал мне то, что произошло в тот день,
И на самый последний раз, уже ближе к утру, он начал так:

[Часть 4: Цветы зла]
"Одна брань на моем языке! Договорится до ножа...
...Я собирался к ней со словами,
Что подобны украшениям из бархатных ленточек.
...Тем летом появился новый причал. Люди переходили туда с берега.
Каждый был занят чем-то своим; я стоял у ограждения...
...Ты что, спишь?
Прикури еще одну, прикури.
Наливай себе тоже!
Короче говоря, братишка...
Взволновалось море, взорвалась любовь...
Крики на крышах...
Он пришла со своими цветами, благоухавшими весной...
Я на этой лодке был барракудой...
По корме ударил северный ветер...
Я увидел ее в кружевах, с бантом из тафты на волосах.
Она сошла с кареты, танцевала контрданс.
Шляпа борсалино...
Тот тип...
А потом, братишка...
Три смертоносные пули..."

[Концовка: сэмпл]
"Одним зимним утром
Я словно одержимый вышел из дома.
Одним зимним утром
Я словно одержимый вышел из дома.
Одним зимним утром
Я словно одержимый вышел из дома.
Стоял мороз,
Мое тело требовало от меня
Героических решений".


1 – Часть 4 – вольный перевод.

Автор перевода - akkolteus

Смотрите также: Перевод песни Sagopa Kajmer - Vasiyet


Комментарии



© 2011-2018 Тексты и переводы песен на русский язык. При использовании материалов необходима ссылка на ресурс.